Лаки присвистнул, подсчитывая ущерб, причиненный дракой. Перевернутые столы и стулья, разбитые стаканы, разлитое пиво, опрокинутые подносы и пепельницы, два распластанных на полу тела.
Мало того, эта неблагодарная шлюха, честь которой он имел глупость защищать, похоже, была явно не в духе.
В иные дни, как ни старайся, все идет наперекосяк. Понурив голову, он пробормотал:
— Вот черт…
2
Шериф Патрик Буш взглянул на Малыша Элвина и Джека Эда и покачал головой.
Элвин катался по полу, мыча и держась за пах, Джек все еще был без сознания.
Шериф переместил спичку из одного уголка рта в другой и взглянул на Лаки из-под широкополой шляпы.
— Ну и как все это вышло?
— Да это я во всем виноват, — проворчал Лаки, откидывая волосы со лба.
Шериф махнул рукой:
— Ты что, ранен?
Только тут Лаки заметил, что его рубашка разорвана. Нож Джека Эда оставил тонкую красную черту поперек его живота.
— Все о'кей.
— Медпомощь нужна?
— Черт, нет! — Лаки вытер кровь своей превратившейся в лохмотья рубашкой.
— Уберите это, — приказал шериф помощнику. Затем, обернувшись к Лаки, спросил: — Что случилось?
— Парни наехали вон на нее, а ей это не понравилось.
Буш посмотрел на женщину, которая стояла поблизости и, похоже, дымилась от злости. Она хотела уйти, но ей велели остаться, пока шериф все не осмотрит и не задаст ей несколько вопросов.
— Вы в порядке, мэм?
Шериф озабоченно разглядывал ее губу. Губа распухла, но больше не кровоточила.
— Все просто прекрасно. Да ничего бы и не случилось, если бы не этот Робин Гуд.
— Извините, — вскинулся Лаки. — Мне казалось, я помогаю вам выбраться из затруднительного положения…
— Помогаете?! Вы называете это помощью? — Она обвела рукой разгромленную забегаловку. — Весь этот хаос — ваших рук дело!
— Это правда, Лаки? — спросил шериф.